«В настоящий момент существует 4 основных тренда, которые характерны для динамики электорального процесса в России в последние годы» – указал политолог. – «Во-первых, мы наблюдаем расширение электорального пространства, проявляющееся посредством увеличения числа избирательных кампаний. Если мы проанализируем ситуацию за последние годы, то увидим, что первый всплеск электоральной активности связан с появлением законов о возвращении смешанной системы формирования представительских органов и губернаторских выборов в 2012 г. В последующем расширение электорального пространства происходило за счет развития практики проведения муниципальных референдумов. Она не столь нова. Но основная часть референдумов приходится на период с 2016 г. по настоящее время. Именно с 2016 г. мы фиксируем рост их числа в геометрической прогрессии. Если в 2009 г. в России был проведен лишь 1 муниципальный референдум, а в 2011 г. – 4, то в 2018 г. – уже 1035. Иными словами, эта форма начинает чрезвычайно активно использоваться муниципалитетами и, в качестве формы прямой демократии, приводит к интенсификации участия избирателей в процессе принятия тех или иных решений. За последние 5 лет было проведено 3979 муниципальных референдумов.
Достаточно важным элементом расширения электорального пространства также стал наметившийся в последние годы тренд к переходу от смешанной системы выборов в региональные заксобрания к преимущественно мажоритарной или чисто мажоритарной системе, как это было на выборах в Московскую городскую думу на выборах в 2019 г. Таким образом, кампаний становится больше, политический процесс протекает более активно.
Во-вторых, фиксируются повышение конкурентности выборов, усиление борьбы между кандидатами, активизация оппозиции. Здесь необходимо отметить, что постепенно усиливается конкуренция на выборах. 5 лет назад мы наблюдали абсолютное доминирование правящей партии. Так, на выборах в заксобрания в 2015 г. «Единая Россия» получила в среднем 82% мандатов. При этом среднее количество партий, которые участвовали в кампаниях по выборам в региональные заксобрания, равнялось 7. Это свидетельствовало о невысокой степени конкуренции и засилье одной доминирующей партии. В настоящее время конкуренция растет. Об этом свидетельствуют и победы оппозиционных партий в ходе выборов губернаторов в 2018 г., и победа ЛДПР на выборах в заксобрание Хабаровского края в 2019 г., и высокая конкуренция на выборах в Мосгордуму. Система становится более конкурентной, и это нужно воспринимать скорее как позитивную тенденцию, но в то же самое время и как вызов для существующей политической системы. Она становится менее моноцентричной. Обсуждаемые сейчас поправки к Конституции РФ, которые предусматривают увеличение роли Государственной Думы, очевидно, будут содействовать активизации конкуренции на выборах в Госдуму.
Также хотелось бы обратить внимание на феномен новых партий, прежде всего – партии «За правду» Захара Прилепина, которая достаточно активно заявила о себе. Ожидается также включение в политический процесс еще ряда новых партий.
Третья тенденция – это усиление открытости избирательного процесса. Она проявляется посредством цифровизации выборов, все большего применения видеокамер на участках, КОИБов, эксперимента с электронным голосованием. Система модернизируется, становится более комфортной и удобной для избирателя и более открытой для наблюдения.
Четвертая тенденция – это расширение пространства общественного контроля за выборами. Массовый общественный контроль берет свое начало с президентских выборов 2012 г. и деятельности Корпуса «За чистые выборы», который вывел на участки 10 тыс. наблюдателей. Затем важной вехой становится создание НОМА в 2017 г. как площадки, агрегирующей различные общественные инициативы. Следующий этап в развитии общественного наблюдения связан с изменением законодательства об общественном контроле и подключением общественных палат как агрегатора общественного наблюдения. И эта мера сыграла чрезвычайно важную, позитивную роль. Только в ходе последних президентских выборов по линии общественных палат было направлено свыше 140 тыс. общественных наблюдателей. Соответственно, мы должны рассматривать изменение и норм права, и правоприменительных практик исключительно как позитивный момент.
Резюмируя, я могу выделить 4 тенденции: расширение пространства выборов, повышение их конкурентности, усиление открытости и увеличение масштабов общественного контроля».
