Противостояние между 73-летним президентом Йовери Мусевени и молодым музыкантом Боби Вайном отражает конфликт в угандийской политике, на фоне которого пройдут президентские и парламентские выборы 15 января. Как прогнозирует специальный корреспондент информагентства «Африканская инициатива», эксперт НОМ Устиния Залатоверховникова, Уганда «переживет танзанийский сценарий с попыткой разжечь недовольство поколения Z внешними силами». В чём заключаются особенности избирательного процесса в стране и почему есть вероятность роста социального напряжения – в материале аналитика.
В выборах участвует партия «Движение национального сопротивления» (NRM), которая остается правящей в Уганде с 1986 года. Главный кандидат от партии - президент Уганды Йовери Мусевени, один из самых долго правящих лидеров в Африке. Одна из заявленных целей на следующий президентский срок - «превратить страну в экономику объемом 500 млрд долларов» в течение пяти лет. Социальный рейтинг партии остается «смешанным»: с одной стороны, по разным оценкам достижение предвыборных обещаний достигло только 50%. С другой стороны, НРМ заявили о внушительной поддержке - на выборы партия якобы вступает с составом в 14 млн граждан. Утверждается, что наибольшие достижения были достигнуты в поддержании политической стабильности и экономическом росте: Уганда выполнила все условия для получения статуса страны МВФ со средним доходом. Тем не менее, остаются актуальными новые угрозы безопасности - участились нападения преступных группировок (Bijambiya Killer) в центральном регионе страны.
Второй кандидат - Боби Вайн, глава партии «Платформа национального единства» (ПНЕ), которая сохраняет в парламенте только 57 мест. Боби Вайн зарабатывал десятки миллионов долларов в месяц за счет продажи песен, монетизации канала в YouTube, концертов, предоставления услуг своей студии FireBase records. Тем не менее, кандидат привлек еще больше внимания после выпуска фильма «Боби Вайн: народный президент», снятого при поддержке США и Великобритании. В фильме главный герой раскрывает реалии жизни при режиме Мусевени, а также изнутри показывает свою политическую борьбу, что заставляет зрителя неизбежно симпатизировать главному герою. Целевая аудитория его избирательной кампании, как подчеркнул сам Боби Вайн, - молодежь. Основной лозунг - положить конец диктаторскому режиму. Тем не менее, он не пользуется широкой народной поддержкой и не является признанным лидером.
Всего в избирательный список вошли 8 кандидатов. Помимо стремления к политике, Вайн известен своей музыкальной карьерой: он так и поет - «Я не знаю, почему у нас такая коррупция, я не знаю, почему цены на электричество такие высокие». Одна из его песен Kawani стала официальным саундтреком к фильму Disney «Королева Катве».
Главные проблемы связаны именно с самим авторитетом двух ключевых кандидатов. В случае Мусевени ситуацию усложняют противоречивые действия его сына Мухоози Кайнеругабы, генерала армии, блог которого преодолел 1 млн подписчиков в Х и известен своими радикальными выражениями: в 2022 году он заявил, что может захватить кенийскую столицу Найроби за 2 недели, а в 2024 году пригрозил выслать американского посла. В начале мая Мухоози Кайнеругаба, командующий армии Уганды, опубликовал пост о том, что удерживает у себя в подвале оппозиционного активиста Эдди Мутве - телохранителя Боби Вайна. Более того, он добавил, что использует Мутве в качестве «боксерской груши». Блог сына Мусевени вполне можно назвать осознанным политическим инструментом: Мухоози делает радикальное заявление, Мусевени публично за него извиняется, таким образом последовательно представляя его политической элите. В то же время, и сам Йовери Мусевени вполне оправданно остается предметом для критики - вместо республики, которой официально остается Уганда, на западе избирательную систему уже назвали «конкурентным авторитаризмом».
Голосование проводится по принципу абсолютного большинства - тем не менее, благодаря исконному авторитету правящей партии второй тур ни разу не требовался. До 2017 года участие в выборах ограничивалось возрастным цензом в 75 лет, но НРМ его отменили, что позволило 73-летнему Мусевени баллотироваться в 2021 году, а затем и в 2026.
Важно отметить, что члены избирательной комиссии назначаются лично президентом, а силы безопасности играют ключевую роль в дни голосования после регулярной тенденции протестов. Таким образом, еще в 2021 году в Уганде на время выборов отключали интернет, силы безопасности были помещены в состояние полной готовности, а главный оппозиционный кандидат Боби Вайн был помещен под домашний арест на полгода. Наблюдательные миссии традиционно будут присутствовать и в 2026 году. Среди главных нарушений, зафиксированных в 2021 - ограничение свободы слова СМИ, проблемы с подсчетом голосов, неравные условия для партий, разгоны митингов и массовые аресты. Власти реагируют довольно однозначно - обвинения обычно классифицируются как «неоколониальная» риторика и «неуважение к суверенитету».
В этом году министерство информации уже опровергло сообщения о потенциальном отключении интернета в стране, власти запретили только трансляцию возможных беспорядков. Вполне возможно, что Уганда переживет танзанийский сценарий с попыткой разжечь недовольство поколения Z внешними силами на фоне сближения с Россией.
Сложно сказать, что внешние влияние может перевесить государственную позицию. Несмотря на то, что Уганда традиционно лавировала между доказательством собственной независимости и сближением США, в этом году Мусевени принял поставки военной помощи от президента РФ и сделал публичное обращение относительно значения российско-угандийских отношений. В этот раз инструмент будет еще нагляднее - фигура Боби Вайна пользуется авторитетом на Западе. Учитывая силу государственных институтов, скорее всего это закончится исключительно всплеском недовольства на улице и в сети. После переизбрания Мусевени, скорее всего, Уганда продолжит курс на сближение с Россией, учитывая продолжение непредсказуемой политики виз Трампа. Вероятно, его победа послужит поводом для ухудшения отношений, и пересмотра визовой политики, как и случилось после президентских выборов в Танзании.
